Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:57 

«Сад человеческий», ч.3

MRF
Пейринг-Который-Нельзя-Называть










!ВНИМАНИЕ!
Это НЕ законченная работа. Только первые три главы. Продолжение будет обязательно в ближайшее время. Шапка заполнена для всего макси целиком, но под кат убраны пункты, не относящиеся к этим трём главам.

Сад человеческий

Автор: MRF
Бета: MRF
Размер: макси, главы 1-3 (~30К)
Пейринг/Персонажи: Марс|Рафаэлло, TYL!Сникерс, Пикник, Натс, Милки Вэй, Роше, Ронднуар, male!Гарден, Мандерли, Эсферо, Дирол, Орбит, Тик Так, упоминаются многие другие.
Категория: преслеш на фоне очень длинного джена
Жанр: экшн, роад-стори, приключения, драма, эпизодически хоррор, немного юста
Рейтинг: R, в нескольких эпизодах NC-21 за графичное описание мутаций и пыток пытки не в этих главах
Арты по мотивам: «The Flower of Carnage», «Не тронь», «Касаясь», «Путь к сердцу Рафаэлло лежит через...». За идею спасибо этим скетчам Sylenth.
Краткое содержание: Те, кому есть на что надеяться и нечего терять, — самые опасные люди на свете. © Эдмунд Бёрк
Примечание/Предупреждения:
1) Источником вдохновения послужила игра «The Last of Us», с ней имеется очень много общего. Тем не менее, это не кроссовер и не ретеллинг.
2) Зомби-постапокалипсис!АУ (хотя местные зомби — не обычные зомби), как следствие присутствуют кровь, кишки, человеческие мутации, каннибализм и жестокость.
3) А также мат и смерти персонажей (но их немного).
4) Няшные конфетки вышли покурить и не вернулись.
5) На самом деле всё не так плохо, есть даже немного юмора.
6) Для настроения перед прочтением рекомендуется послушать:



ГЛАВА 3. Квартира №312 по Ашфилд-стрит.

Этот городок был похож на предыдущие. Не планировкой и строениями, а скорее царящей в нём атмосферой. Всё то же запустение, всё те же брошенные дома и ржавеющие машины, всё так же природа постепенно возвращала свои права, затопляя зеленью деревьев, кустарников, трав безлюдные улицы.
Рафаэлло шёл за Марсом и Сникерсом, временами останавливаясь, чтобы осмотреться — интересно же было! Это Марсу все города были на одно набившее оскомину лицо, а Рафаэлло всё же умудрялся находить отличия. Вот, например, здание странное, он раньше такого никогда не видел — плоские, выступающие далеко за границы стен, крыши, ленточные окна, да и целиком здание, несмотря на многоуровневность, было приземистым и вытянутым вдоль улицы. А сейчас, с разбитыми окнами, с заросшими крышами и чернотой внутри, оно казалось на редкость зловещим. Рафаэлло невольно поёжился, казалось, что из темноты в окнах за ним кто-то наблюдает. Но бред же, заражённые предпочитали держаться на солнце.
А дальше, за домом, была детская площадка. Достаточно большой скверик, явно пользовавшийся популярностью в былое время, а сейчас заброшенный как и всё остальное.
Как и большинство представителей своего поколения, Рафаэлло в детстве ни разу не бывал на детских площадках. Единственным подобным развлечением в их зоне была пара качелей из шин, подвешенных на дереве в одном из скверов, и гора песка по соседству. Хорошо оборудованную детскую площадку он видел уже взрослым и только на картинке — попался однажды рекламный листок. Смеющиеся лица, яркие цвета, качели и карусели, всеобщее счастье — настоящий детский рай на земле, отголосок какого-то другого, нереального мира. Но даже ему, не имевшему возможности сравнить толком, смотреть на заброшенную игровую площадку было страшно. Песочница потрескалась и заросла, вместо золотистого песка в ней копилась лишь серая пыль. Карусель когда-то завалилась набок и так и вросла в землю, проржавев насквозь. Горка с облупившейся и выцветшей на солнце краской развалилась и помялась, а когда-то весёлые мордочки соседствующих с ней лошадок на пружинах почернели и покрылись трещинами. Неприятное впечатление усиливали сумерки — солнце уже почти зашло, и улицы города постепенно погружались во мрак. Неуютно было смотреть на это — словно он стоял у большой кучи мусора… Или старого трупа.
Рафаэлло вздрогнул и поспешно отвернулся.
— Эй, Раф, нам сюда, — махнул рукой Сникерс с другой стороны улицы.
— Прости, засмотрелся, — Рафаэлло, поправив рюкзак, заторопился к нему, в противоположную от детской площадки сторону.
— Мало в городах бывал? Кстати, вон там раньше шикарный кинотеатр был, — он ткнул пальцем в сторону большого цилиндрического здания. В фасаде зияли дыры, практически все зеркальные стёкла были выбиты, а из дыр в крыше торчали ветки деревьев. Однако, несмотря на всё это, здание до сих пор впечатляло. — Знаешь, что такое кино?
— Слышал, — пожал плечами Рафаэлло.
— Эх ты, бедный ребёнок новой эпохи, — хмыкнул Сникерс, покачав головой.
— Нам ещё долго идти? — встрял в разговор Марс, угрюмо топающий позади них. Он вообще впервые подал голос с тех пор, как они вышли с базы.
— На другой конец города, — откликнулся Сникерс. — Автопарковка там находится, в торговом центре.
— Неужели поближе ничего не было?
— Всё, что было поближе, мы уже давно собрали. Или ты думаешь, что я безвылазно сижу на базе всё это время? — фыркнул он, покосившись на Марса.
Тот лишь безразлично дёрнул плечом в ответ, опять спрятавшись в свою «раковину». Рафаэлло же глянул на него, потребив концы своего платка: такая степень молчаливости и отрешённости была необычна даже для Марса. Находиться в этом городе ему явно не нравилось.
В конце улицы послышались тихие шаркающие шаги. Сникерс, раздражённо цыкнув, замахал на Рафа с Марсом руками. Все трое медленно попятились назад, стараясь не производить лишнего шума. Неуклюжее мягкое шарканье подошв об асфальт раздавалось всё ближе. Наверняка цветочник, бегуны ходят иначе. Быстрее и легче. Они — охотники гнезда и не бродят потерянно, как цветочники, пока нет опасности. Словно в подтверждение его мыслям, к шарканью добавилось сначала влажное клокотание, а потом — тихий свист, от которого у Рафа кровь застыла в жилах.
Вот-вот заражённый зайдёт в этот переулок и учует их. Сникерс медленно потянул пистолет из кобуры. С одним можно справиться без проблем… И как назло, в ту же секунду послышались ещё одни шаркающие шаги — уже из соседнего переулка. И тихий вой. Ещё один цветочник и, чёрт возьми, в компании с бегуном! Только те так тоненько выли, сообщая своим же о своём присутствии.
Марс пихнул Сникерса в спину, кивком указав на пожарную лестницу. Тот понял, подтолкнул к ней Рафа. Только вот жалость, металл проржавел, и стоило Рафаэлло ступить на перекладину, как вся конструкция пошатнулась и душераздирающе заскрипела. Кажется, весь город, уже задремавший в вечерней тишине, встрепенулся от этого оглушительного скрипа. И разбудил до этого вялых заражённых. Вой стал громче и раздавался уже с нескольких сторон.
Скрываться смысла уже не было, Раф мигом взлетел по лестнице вверх. Та скрипела, раскачивалась, анкерные болты, удерживающие её около стены, норовили вот-вот выскочить из кирпичной кладки. Но выдержала, не обвалилась вниз. Правда, когда на неё запрыгнул Сникерс, она заскрипела совсем уж угрожающе. Но некогда и некуда было бежать по земле: будь здесь одни цветочники, был бы шанс справиться, но с дополнением в виде всё прибывающих бегунов... Самоубийство.
— Чёрт возьми, — сплюнул Марс. Он едва успел забраться на лестницу, чудом избежав загребущих лап бегуна. Тот выл, вцепившись в перекладину, раскачивал лестницу, пытаясь забраться, клацал зубами. Цветочники бестолково толкались внизу, шевеля расслоившимися, словно распускающиеся бутоны, головами.
— Марс, быстрей! — Раф наконец-то смог выбить дверь, ведущую на чердак, и обернулся.
Лестница угрожающе накренилась; Марс чертыхнулся и вцепился в перекладину, едва не свалившись.
— Руку давай!
Державшиеся на честном слове болты вылетели окончательно, и лестница со страшным грохотом рухнула вниз, чудом не придавив бегуна. Марс едва успел уцепиться за руку Сникерса, повиснув на ней.
— Ох чёрт, ну ты и тяжёлый, — прокряхтел тот, с видимым трудом втаскивая Марса наверх. Раф только облегчённо выдохнул — обошлось.
Внизу бушевал бегун, пытаясь добраться до людей. Только, к счастью для них, карабкаться по стенам бегуны пока не научились.
— Фуф, оторвались, — облегчённо выдохнул Сникерс, смахнув пот со лба. Едва-едва успели. — Что, съели, болезные? — поддразнил он, глянув вниз на скребущих стену заражённых.
— Пошли, нет смысла тратить на них патроны, — мотнул головой Марс, спускаясь вниз, в кромешную черноту дома. Темно здесь было так, что хоть глаз выколи, ноздри щекотал запах поднявшейся пыли, а под ногами шуршали обрывки каких-то бумаг и обломки стен. В темноте Раф чувствовал себя неуютно, сразу теряя ориентацию, словно слепой котёнок. Помедлив, он щёлкнул переключателем нагрудного фонаря и облегчённо выдохнул, когда на противоположной стене появился круг успокаивающего желтоватого света. Марс и Сникерс последовали его примеру — если здесь и были заражённые, то уже давно бы сбежались на грохот. А вот свалиться в какой-нибудь провал в темноте и сломать себе шею не хотелось никому.
Полное запустение. На размытых стенах под потолком рос мох и плесень: видимо, во время дождей протекала крыша, потому здесь и была такая сырость. Краска со стен уже давно облупилась, отслаивалась сухой некрасивой коркой. Когда-то здесь явно жили дети, расписывали стены граффити, вон у одной до сих пор валялся баллончик с уже давно высохшей краской. Рафаэлло подумалось вдруг, что кто-то вроде Сникерса наверняка баловался таким в его годы. Чтобы отвлечься от неуютной обстановки, он попытался представить Марса расписывающим стены неприличными словами и едва не рассмеялся вслух.
— Как дальше пойдём? — поинтересовался Марс. — Если спустимся вниз и выйдем через подъезд, то эти твари нас точно заметят.
— Тут карнизы широкие, переберёмся на соседний дом, а там спустимся, — решил Сникерс. Дёрнул ручку ближайшей двери — увы, закрыто. Пришлось идти дальше по коридору. Подъезд в доме был всего один, планировка простая: длинный коридор, а по обе стороны — двери, ведущие в небольшие квартирки. Раньше здесь в основном снимали жильё студенты, да и просто молодые люди, ещё не устроившиеся толком в жизни и не имеющие средств на квартиру поприличней.
— О, тут открыто, — позвал Раф, когда дверь одной из квартир наконец поддалась. Вошёл осторожно. Но бояться было нечего, в квартире никого не было. — Чисто!
Марс подошёл к окну, попытался открыть раму. Но та за столько времени уже рассохлась и теперь никак не поддавалась. Можно, конечно, выбить стекло, но вдруг тот гербарий ещё не разбрёлся и до сих пор бродит внизу?
— Ох, вау!
Рафаэлло от этого радостного возгласа Сникерса вздрогнул и резко обернулся. А тот как раз вынул из покосившегося шкафа какую-то дощечку с колёсиками. Рафаэлло растерянно моргнул, не понимая причин такой бурной радости:
— Это что такое?..
— Ооо! Это скейт! — с благоговением в голосе выдохнул Сникерс, глядя на эту деревяшку с колёсиками так, словно ничего лучше в жизни не видел.
— Что? — переспросил Раф, недоумённо глядя на него. Обернулся на Марса, ища объяснения, а тот лишь возвёл глаза к потолку.
— Совсем поехал на старости лет?
— Да иди ты нахер! — отмахнулся Сникерс, снова погладив доску. — Ты помнишь, как я в молодости катался?! Я везде мог проехать! Тройное сальто с переворотом с гаража, никто повторить не мог! Вот было круто…
Он вдруг резко замолчал, провёл пальцами по ребру скейта. А в глазах была одна лишь грусть. Рафаэлло даже стало немного не по себе. Он не знал другой жизни, он родился и рос в условиях ужасающего упадка, и ему сложно было представить, что когда-то всё было иначе. А вот Сникерс помнил, как было до катастрофы.
Беззаботное, весёлое время, когда всё казалось простым и понятным. Будущее расстилалось впереди счастливой и безмятежной лазурью и обрывалось где-то так далеко за горизонтом, что даже думать об этом было смешно, а самой большой из проблем была грядущая первая в жизни сессия. При мысли о том, что было время, когда стёршиеся колёса скейтборда волновали его больше всего на свете, Сникерса разбирал смех — только ни капли веселья в нём не было.
Не вернуть уже то время. Всё оборвалось в один день, жестоко и неожиданно, ушло и поросло травой. Молодость ушла, увлекая за собой и те беззаботные дни. Иногда ему казалось, что вся та прошлая жизнь и вовсе ему приснилась. Сейчас уже и гибкость не та, шрамов достаточно, и думать приходится не только о себе, но и о людях, которые на него полагаются, — в первую очередь о них. Не осталось больше места ни для легкомысленности, ни для безалаберности в мире, где за них пришлось бы расплачиваться жизнью — своей или дорогих ему людей. И ни скейтов, ни ураганных гонок по улицам. Улиц и самих толком не осталось: всё завалено, сломано, заросло. Да и не с кем кататься, его друзья давным-давно мертвы. Или заразились или просто сгинули без вести. Двадцать лет прошло — уже забываются имена и лица, только до сих пор иногда звенит в ушах их смех.
— Эй! Спорим, что не догонишь?
— Это ты меня никогда догнать не можешь! Йахууу!
— Эй, так нечестно! Ребята, гони!

Весёлое, весёлое время, когда не надо было думать о том, чтобы выжить. Когда у детей было детство, когда им не приходилось с пелёнок брать в руки оружие, чтобы быть в состоянии защитить себя. Оно всё потихоньку забывалось. Сникерс уже и забыл, что когда-то он и вовсе не умел стрелять из пистолета, зачем ему? А сейчас он с ним не расставался. Даже ночью клал рядом под подушку. Пистолеты, ножи, автоматы и винтовки — вот его новые лучшие друзья. И постоянная забота о зоне, о людях, о пропитании, о безопасности. Как же раньше было проще. Родители всегда покупали еду, одежду, всё, что надо. Никаких забот. Ну, подумаешь, вымыть посуду и полы. Сейчас он был готов хоть по десять раз на дню это делать, а тогда сердился, он бы лучше с друзьями погулял, а не наводил порядок дома. Каким же он был дураком.
Только потеряв, начинаешь ценить то, что имел.
Стоило пережить апокалипсис, чтобы начать тосковать по нормальной размеренной жизни. А ведь как она ему тогда не нравилась, казалась слишком скучной и пресной. А сейчас бы он многое отдал, чтобы хотя бы на недельку вернуться в то самое время. Прокатиться на скейте, сходить с друзьями в клуб, выпить, да даже в школу сходить!
Резкий скрип вырвал его из задумчивости. Сникерс вздрогнул, машинально потянулся к пистолету. Но было незачем: оказалось, это всего лишь Марс наконец-то открыл окно.
— Не тормози, — бросил он, выбираясь на карниз. Рафаэлло посмотрел на Сникерса с сочувствием, тронул легко за плечо — неужели всё понял? — но ничего не сказал, вылез вслед за Марсом. Сникерс встрепенулся и последовал за ними — чёрт, видимо, и правда стареет, нашёл время сопли распускать.
Как и говорил Сникерс, с карниза они легко перебрались на балкон другого здания, а там уже смогли тихо спуститься обратно на землю.
— Эй! — возмутился Марс, присмотревшись к спрыгнувшему с подоконника на землю последним Сникерсу. — Какого чёрта ты потащил с собой эту доску?
— А что? — глянул на него тот, воинственно прижав к себе скейтборд. — Заберу с собой на базу. Буду кататься.
— Да ты уже даже просто устоять на нём не сможешь, — вполголоса заявил Марс, топая подальше от этого здания и заражённых. — Разучился.
— Вот и неправда! — возмутился Сникерс. — Ничего я не разучился. Это как с велосипедом — встану и сразу вспомню.
— А как на ней… нём вообще катаются? — протянул Рафаэлло, покосившись на скейт в руках Сникерса.
— Ооо! Я тебе сейчас покажу! — мигом воодушевился Сникерс.
— Мы вообще-то за деталями идём, — с нажимом напомнил Марс. Впрочем, Сникерс от него просто отмахнулся.
— Ой, да отвянь, старая зануда. Тут место неподалёку хорошее есть, вот там можно будет покататься.
— И всё равно…
— Да не сделает нам этот час никакой погоды, — фыркнул Сникерс. — Всё равно придётся там сидеть дожидаться ночи. Так что хватит бурчать.
Сникерс не ошибся, через пару кварталов они действительно вышли на ровный, почти не заросший асфальт. Когда-то это была парковка, а сейчас просто ровное место без единой машины. Все в своё время старались побыстрее убежать из города, спастись. Только вот удалось это очень немногим.
— Во, отличное место!
Сникерс кинул доску на землю, придержал ногой, чтобы не укатилась никуда, и тут же расплылся в глупой ностальгической улыбке. Давно забытое, но такое любимое ощущение.
Марс фыркнул и присел на бетонное ограждение, достав самокрутку. Пока эти двое дурачатся, можно посидеть спокойно и наконец-то покурить. Почти в тишине и спокойствии. Долгожданный никотин наполнял лёгкие, и сразу куда-то пропадала раздражительность. В последнее время в отсутствие табака он становился слишком злым: сказывалась многолетняя привычка, да и ломка мучила. А сейчас, когда Сникерс на базе поделился куревом, стало хорошо. Можно было даже понаблюдать за этими двумя и их измывательствами над скейтом.
— Эй, под тобой же сейчас доска сломается, чай не двадцатилетний хлюпик, — хмыкнул Марс, наблюдая, как Сникерс встал на доску и теперь пытался вспомнить позабытое за эти годы. Рафаэлло просто стоял рядом и немного озадаченно смотрел на Сникерса, пытаясь понять смысл его загадочных действий с доской.
— Отвали, — отмахнулся Сникерс, оттолкнулся ногой от асфальта, медленно поехав вперёд. Но, приноровившись, всё ускорялся и ускорялся. — Я ещё ого-го, между прочим! Ого-го!
Марс не выдержал, заржал, увидев, как Сникерс, не справившись с управлением, на полной скорости улетел в кусты, росшие по краям парковки. Даже Рафаэлло рассмеялся, глядя на это. Уж слишком смешно выглядело. Да и Сникерс забавно матерился, пытаясь выбраться из кустов и вернуть себе вертикальное положение. Правда, потом Раф спохватился, подбежал к нему, помог выбраться из жухлых зарослей.
— И кто тут «ого-го»? — усмехнулся Марс, глядя, как Раф отряхивает Сникерсу спину и вытаскивает листья из волос, а тот придирчиво изучает скейт.
— Я, конечно! Тут просто колёса мягкие, у меня всегда жёстче были, непривычно, — приосанился Сникерс. — О, Раф, хочешь научу? — оживился он, посмотрев на Рафа. Тот с сомнением глянул на кусты с обломанными ветвями.
— Ну-у…
— Да всё нормально будет! Вот ща, смотри, встаёшь вот так…
Из-за дома на другой стороне площадки донёсся подкреплённый свистом вой.
— Чёрт, бегуны! — Марс мигом подскочил со своего бетонного блока, затушив сигарету. Дьявол, даже покурить спокойно не дают! — Я же говорил, дерьмовая затея!
— Бляха муха, — выругался Сникерс, подхватил скейт и помчался с автопарковки. — Бежим! Пока они нас не заметили.
— А доску-то ты на кой хрен с собой взял? — поинтересовался Марс, рванув следом и потянув за собой Рафа. Тот удивлённо покосился на крепко сжимавшую предплечье ладонь — он вроде бы и сам бежал вполне бодро, — но промолчал: не самое лучшее время было для разговоров.
— Кататься буду, сказал же! — заявил на бегу Сникерс. Перемахнул через покосившийся заборчик, припустил по улице, петляя между деревьев и брошенных машин. И едва не упал, зацепившись хвостом борда за боковое зеркало.
— Да брось ты эту доску паршивую, ну! Тебе жизнь дороже или скейт?! — рявкнул Марс, дёрнув его за капюшон вперёд, не давая замедлиться. Бегуны уже рычали на автопарковке. Вот-вот заметят трёх улепётывающих людей. Благо, их скрывали кусты, но это явно ненадолго. Буквально через несколько секунд послышался треск — они уже ломились через кусты в погоню.
— Что за глупый вопрос, конечно скейт… Я тебя скорее брошу! Ты им наверняка понравишься, вон как отъе… Ауч! За что?!
Марс на бегу умудрился отвесить Сникерсу пинка, и тот споткнулся, едва не улетев носом в ближайшую канаву.
— За «отъелся», — невозмутимо пояснил он.
Рафаэлло не сдержал смешка, глядя на них, — хоть ситуация и не располагала к шуточками, и дыхания на смех не хватало. Таким он Марса ещё не видел; словно треснула «раковина», являя на свет того, кто так долго в ней прятался. И даже стало не так страшно, что за ними следуют бегуны. Эти двое отлично умудрились разрядить атмосферу.
Ещё пара кварталов такого бега, запутывание следов, когда они сворачивали с основных улиц в разные проулочки, петляли как зайцы. Им на руку играло то, что бегуны не так уж хорошо ориентировались — они руководствовались лишь инстинктами и сиюминутными ощущениями. От них всегда был шанс спастись на пересечённой местности с кучей препятствий. Но этот шанс был небольшим — заражённые на первой стадии были куда быстрее людей. Только в этот раз им повезло — оторвались. Бегуны так и не учуяли их след.
— Фух, оторвались, — выдохнул Сникерс, когда они наконец остановились. Уперся ладонями в колени и согнулся, пытаясь отдышаться: таких гонок уже давно устраивать не приходилось. Рафаэлло прислонился к стене дома, переводя дыхание; лёгкие жгло огнём, а перед глазами скакали цветные круги. Присесть бы, но он всерьёз опасался, что если сядет, то подняться уже в ближайшее время не сможет.
— Просто повезло, — качнул головой Марс, тяжело дыша; на лбу блестели капли пота.
— Да ну тебя, пессимист, — отмахнулся от него Сникерс. Выдохнул резко в последний раз и выпрямился, покосившись на Рафа. — Ты как, в норме?
— Конечно, — кивнул тот, улыбнувшись уголком рта. Отлепился от стены, убрав волосы со лба; бешеный ритм сердца постепенно успокаивался.
— Ну, тогда двигаем дальше, — решил Сникерс. Правда сам, вопреки своим же словам, никуда не пошёл. Наоборот, присел, скинул рюкзак с плеч и стал приматывать к нему верёвочкой скейт, чтобы руки были свободными. Марс, глядя на это, поднял брови:
— Ты что, всерьёз собрался тащить с собой эту доску?
— Конечно! Должен же я Рафа научить кататься, — озорно подмигнул Сникерс Рафаэлло, на что тот улыбнулся и рассмеялся, а Марс страдальчески возвёл глаза к небу. И вот за что ему такие мучения?..

ххх


— Сникерс… — угрожающе протянул Марс, глядя на трёхэтажный торговый комплекс — цель их путешествия. Комплекс был частично разрушен, въезд и выезд на подземную парковку обрушились, а наземная, отделявшая их от здания, была завалена мусором, и вдобавок на ней тут и там сонно покачивались цветочники, уже впавшие в сон. Из всех окон торгового центра выглядывала буйная растительность, отливающая красным. Самый настоящий лес гнёзд.
— Что?
Марс повернулся к нему, сверля его тяжёлым взглядом. Сникерс постарался принять максимально невозмутимый вид.
— Ты хочешь влезть сюда, я ничего не путаю? Прямо в Лес?
Сникерс кашлянул.
— Ну, кхм… Да. Только потому, что здесь Лес, никто ничего до сих пор и не разворовал.
Марс едва удержался от того, чтобы не зарычать.
— Это чистое самоубийство! Ты совсем спятил?!
— Всё будет хорошо, — поспешно замахал руками Сникерс, на всякий случай отступив на шаг от словно увеличившегося в размерах от злости Марса. — Мы уже всё продумали.
— Мы? — Марс перевёл уничтожающий взгляд на Рафа. — Мы?
Рафаэлло примирительно улыбнулся, подняв ладони.
— Не переживай, всё будет нормально. Я смогу проползти и расчистить дорогу. Сникерс с ребятами уже начали жечь там проход.
Марс, похоже, пропустил его слова мимо ушей. Буравил их двоих тяжёлым взглядом. Молчал, молчал, а потом взорвался, сгреб Сникерса за грудки и впечатал в стену, рывком приподняв над землёй, будто тот совсем ничего не весил.
— Ты чем, мать твою, думал?! — рявкнул он. — Совсем в маразм впал?!
— Да ладно тебе орать! — проклацал зубами тот, поморщившись. — Всё нормально будет. К тому же это единственное место в городе, где ещё можно достать детали, всё остальное растащили.
— Марс, я пролезу туда тихо, я меньше вас, — Рафаэлло повис на руке Марса и потянул его назад; а то точно сейчас вытрясет из Сникерса всю душу. Тот перевёл на него яростный взгляд.
— Пролезешь? Пролезешь?! Да они же сожрут тебя! Хотя, нет, я сам вас лично обоих сожру. Хреновы самоубийцы!
— Марс, да ладно тебе, успокойся, ну, — попытался отцепить его от себя Сникерс, чувствуя, что еще немного, и им продавят дыру в стене. — Никто никого не сожрёт, всё будет хорошо. В конце концов, тебе же нужна эта машина, так?
— Ты даже сам толком не знаешь, есть ли тут эти чёртовы детали или нет! — прошипел Марс, снова встряхнув Сникерса. — А если их нет? Сдохнет ни за что!
— Тут огромная автопарковка, уж что-нибудь нужное-то мы найдём! Или ты хотел совсем без риска обойтись?! — всплылил Сникерс. — И поставь меня уже на землю, твою мать!
— Марс, всё будет хорошо, — снова вмешался Рафаэлло и более настойчиво потянул Марса за руку. — Мы просто выжжем этот этаж и всё.
— А с первого этажа мы сможем проникнуть на парковку, — встрял Сникерс.
— Ты по огню собрался идти?!
— Нет. Подожжём и заляжем на дно. А там уже ночью слезем и проберёмся, как раз огонь поутихнет и гербарий уснёт.
— Марс, мы справимся, — убеждённо заявил Рафаэлло, стиснув его плечо.
— Да пошли вы оба, — раздражённо сплюнул тот и разжал пальцы, позволив Сникерсу наконец шлёпнуться на землю. Грубо вырвал руку из ладоней Рафа и отошёл в сторону, яростно пнув по дороге какой-то камень. — Да делайте что хотите, хотите дохнуть — дохните, мне насрать.
— Ты умеешь поддержать, — скептически хмыкнул Сникерс, одёрнув куртку. И посмотрел на Рафаэлло.
— Готов?
Тот кивнул, поправил рюкзак на спине. Всё лишнее они оставили на базе, взяли с собой только самое необходимое. Конечно, это было риском. Риском на грани фола. Но тем не менее шанс был, и ради него стоило рискнуть.
— Мы отвлечём гербарий, если что. Береги себя, — подмигнул Сникерс.
Рафаэлло немного напряжённо улыбнулся и снова кивнул. Бросил последний взгляд на Марса, который всё так же стоял в отдалении мрачным монументом.
— Я пошёл.
Марс даже не пошевелился, а Сникерс пожелал ему удачи. Глубоко вздохнув, Рафаэлло пригнулся и тихо выбежал из спасительной тени дома, направившись к парковке. По ней были хаотично разбросаны машины, смятые и проржавевшие; прячась за ними, добраться незаметно до здания было не так уж сложно.
Он подобрался к восточной стене здания неподалёку от чёрного хода; Сникерс говорил, что где-то здесь они с ребятами проковыряли дыру в кладке в своё время. И действительно — в углу, за проросшими через асфальт кустами виднелась слегка обугленная небольшая дыра у самой земли.
Рафаэлло опустился на колени, заглядывая внутрь, силясь рассмотреть что-нибудь в кромешной темноте. В первую ночь на базе Рафу не спалось; он отправился подышать свежим воздухом и наткнулся на Сникерса, копающегося в гараже. Тогда-то Сникерс и поделился с ним своими мыслями насчёт добычи деталей. Как оказалось, однажды они уже пытались влезть сюда небольшой группой, даже выжгли небольшой участок. Да только не успели закончить начатое: слишком много заражённых понабежало, пришлось быстрее убегать, чтобы спасти свои жизни. Да и поджигали они в тот раз снаружи, а не изнутри. А вот во второй раз приходить и завершать начатое не стали — Натс устроил Сникерсу знатную головомойку, заявив, что «нахер твои железки, и без них прекрасно проживём» и что если Сникерс сам мечтает свести счёты с жизнью таким дурацким способом, то пусть не втягивает в это других. Потом Натс ещё с неделю демонстративно с ним не разговаривал, пока Сникерс клятвенно и при свидетелях не пообещал не тащить в этот центр ребят и не лезть туда одному. Точнее, Сникерс просто сделал вид, что оставил эту идею. А тут Марс с Рафом так удачно подвернулись, что можно было вновь попытать счастья пробраться внутрь.
Рафаэлло глубоко вдохнул, поправил машинально рюкзак на плечах и пополз на четвереньках внутрь. Разгибаться было опасно, над головой покачивались обожжённые ветви гнёзд. Хотя, нет, непосредственно гнёзда были ближе к центру, а здесь, по краям, всего лишь плотоядная поросль. Вторая линия защиты гнёзд, после цветочников. Старые гнёзда начинали разрастаться, как клубника, выпускали длинные усики, которые, касаясь земли, пускали корни, и появлялось новое плотоядное растение. Только, в отличие от той же клубники, оно было не полностью самостоятельное, а зависимое от центра. Уничтожь центр — и загнётся вся система. Только попробуй-ка сначала добраться до этого самого центра. А здесь, в этом торговом комплексе, похоже, проросло сразу несколько цветочников: слишком запутанными были эти «усы», слишком густыми были заросли. И если первые несколько метров дались легко — вся растительность была не так давно выжжена и не успела толком зарасти, то дальше пришлось уже ложиться на живот и ползти. Пол, покрытый чуть влажной красно-зелёной массой, слегка пружинил под ладонями и отдавал запахом солоноватой сырости; на пальцах оседали бурые крошки. Рафаэлло старался не думать о природе их происхождения и делать вдохи поменьше; его и без того уже стабильно мутило.
Сердце бухало где-то в горле. Над головой поскрипывали гнёзда. Огромные, спящие. В редких лучах тусклого лунного света, пробивающихся сквозь провалы в перекрытиях и дырах в стенах, влажно блестели свёрнутые ловчие листья. Они все были мокрые, липкие, прожилки внутри пульсировали, и сам лист словно дышал, то сокращаясь, то, наоборот, разжимаясь. Желудок подпрыгивал к горлу, стоило подумать о том, что внутри этих листьев перевариваются в растительном соке жертвы. Люди. Животные. Рафаэлло зажмурился, зажав ладонью рот и пережидая минуту слабости. Сознание услужливо нарисовало ему картину того, как он вот-вот заденет чувствительные тоненькие усики гнезда и то проснётся, раскроет лист и заглотнёт мелкого по сравнению с ним человечка целиком. Рафаэлло практически чувствовал, как по коже скользили холодные плотные листья, сдавливали его, пеленали по рукам и ногам. И не вырваться. Никак. Лист слишком толстый, он сможет сдержать вырывающуюся еду. Да, именно еду, ведь ничем иным для заражённых люди не были.
Рафаэлло закусил губу, ущипнул себя и, глубоко вдохнув, пополз вперёд. Постарался в корне задавить нарастающую панику. Не время для эмоций. Сейчас главное проползти первый этаж и спуститься в подвал. Сникерс ещё на базе накидал ему веточкой на земле примерный план первого этажа здания. Он же и рассказал, что гнёзд и порослей в подвале, где располагалась парковка, почти наверняка не будет — им нужен солнечный свет. Растения же, не грибы. Без солнца и воды быстро погибнут. И если наличие воды было ещё не так критично вследствие наличия мясной пищи, то без солнечного света им было не выжить.
Над головой глухо застрекотало. Низкий, противный звук, который, казалось, раздавался внутри его черепной коробки. Неужели заметили?! Рафаэлло поднял голову вверх и… И дико об этом пожалел. Он вблизи увидел то, чем стрекотало гнездо. Когда-то это было горлом человека, но сейчас ткани расслоились, одеревенели, внутри ещё виднелись кости, но и те скоро растворятся без следа. И в горле, как раз у позвоночника, висели длинные вытянутые стручки, отдалённо напоминающие гороховые. Только они созрели, раскрылись, являя покрытые шершавой коркой горошины грязного желтоватого цвета. Горошины-то были сухие, а вот сам стручок мясистый, уродливое сочетание мясных и растительных тканей с выпирающими венами. Они трепетали, заставляли горошины тереться друг о друга, и те тёрлись, издавая это стрекотание, которое ни с чем нельзя было спутать. А за стручками белел наполовину утопший в одеревеневших тканях позвоночник, а чуть выше виднелся край нижней челюсти, зубы…
Это когда-то было человеком. Похожим на самого Рафаэлло. А сейчас…
Желудок подпрыгнул к горлу, рот наполнился отвратительно кислой слюной. Рафаэлло отвёл взгляд и сжал зубы, пополз вперёд на локтях, стараясь не поднимать высоко голову. Стараясь выцарапать из неё образ этих стрекочущих стручков. Но бесполезно. Казалось, это мерзкое зрелище теперь всегда будет его преследовать. А вокруг лениво покачивались листья и шевелились усы. Пару раз мазнули по лицу. Рафаэлло едва удерживался от того, чтобы не дёрнуться в сторону. Резким движением бы точно разбудил какое-нибудь… растение. Приходилось замирать и практически не дышать.
А через несколько метров он упёрся в заграждение. Отлично! Значит, полз в правильном направлении, как раз к спуску в автопарковку, точнее, в гардероб перед ней. Он располагался ниже пола первого этажа, а прямо за ним, если верить словам Сникерса, был вход на парковку. Осталось теперь найти лестницу или какой-то иной спуск. Рафаэлло медленно пополз вдоль ограждения. Оно было сплошным, каменным, невысоким, всего лишь около метра в высоту. Лестницу он не нашёл, зато в одном месте один из камней ограждения под весом завалившегося на него гнезда рухнул вниз. Рафаэлло, осторожно отодвинув в сторону засохшие листья, спрыгнул вниз. Страшно было, конечно, не видел же ни черта, что там внизу. Но доставать фонарик и светить им опасно. Легче уж сразу пулю в голову пустить — быстрее и безболезненнее выйдет. Но удача была на его стороне, удачно приземлился. Рафаэлло выпрямился и огляделся, вытерев ладони о джинсы. Глаза за время ползания попривыкли к темноте и пусть крайне плохо, но всё же различали предметы.
Совсем тёмный провал гардероба за стойкой, а рядом с ней белеет дверь с давно выбитыми стёклами. Рафаэлло облегчённо выдохнул — добрался таки! Бросился к этой двери, скользнул за неё, чуть не упал на ведущих вниз ступеньках и оказался на просторной подземной автопарковке. Огромное тёмное помещение давило, спёртый застоявшийся воздух вызывал щекотку в носу. Темнота стояла кромешная, Рафаэлло не разглядел бы собственной ладони, если бы вытянул руку перед собой. Он замёр и напряжённо прислушался — вдруг забрёл какой-нибудь цветочник или бегун?.. Но не было слышно ничего, кроме шелеста гнёзд этажом выше. Рафаэлло глубоко вздохнул и щёлкнул выключателем нагрудного фонарика. Свет поначалу ослепил и резал глаза даже сквозь закрытые веки. Но через несколько секунд он уже привык к нему. Пятно тусклого света выхватывало из темноты трещины на стенах, обрывки газет на полу и угрюмые блоки заброшенных машин. Рафаэлло подошёл к ближайшей, присел перед баком, сняв рюкзак. Надо было слить бензин во взятые с собой фляжки, а потом оросить им весь путь от парковки и до выхода.
Совершенно сумасшедшая и самоубийственная задача. Но им нужна была эта машина. Даже он, по сути не путешествовавший за пределами зоны, и то понимал, что пешком дойти до Гринфилда почти невозможно. Нет, конечно, возможно, но слишком уж велика вероятность, что они умрут по дороге. Причин более чем хватало.
Спасибо Сникерсу, он научил его сливать бензин из машины на примере одного из БТР, который Сникерс ласково звал «малышкой». Хотя этот броневик у Рафаэлло язык бы не повернулся назвать малышкой, а уж тем более «Карамелькой». Впрочем, у Сникерса, как Раф уже успел заметить, был свой, весьма оригинальный взгляд на мир.
Пока что ему везло — бензин был практически в каждой машине. Сюда не добрались мародёры; похоже, гнёзда проросли здесь уже очень давно, возможно, ещё в первый год катастрофы. Людям тогда не до подобного было, бежали из городов в карантинные зоны, пытаясь спастись. Мало кто рисковал делать вылазки, особенно в такие некогда многолюдные места, как торговый центр. Много людей — много сорняков, печальная правда. Это потом уже нужда заставила лазать и не в такие места.
Наполнив фляжки, он вынул из рюкзака рацию, которую ему дал Сникерс. Обычный «уоки-токи», весьма допотопный, но исправный. Он надавил на кнопку включения и сказал негромко:
— Сникерс, слышишь меня? Я на месте, набрал бензин.
Секунду динамик транслировал только помехи, но потом хрипло заговорил:
— Отлично, супер! Мы отвлечём букетик, пали там всё и выбирайся.
Раф кивнул, забыв, что Сникерс его не видит:
— Понял.
Он убрал рацию обратно в боковой карман рюкзака и забросил его на спину. Пора было браться за дело.
Рафаэлло несколько раз возвращался с флягами сливать бензин. Разлил сначала по полу первого этажа вокруг ограждения, а потом, наполнив в последний раз, пополз обратно. Ползти приходилось ногами вперёд, постоянно оглядываясь назад, а за собой тащить фляги, не забывая отливать из них в разные стороны. На сами растения Рафаэлло старался не лить много, мало ли, вдруг учуят?.. В школе им рассказывали кое-что о гнёздах, но они всё ещё были мало изучены и никто не мог поручиться, какими органами чувств они обладают. Тем более разлитого по полу бензина вполне хватит, главное самому не облиться. Вскоре последняя фляга закончилась. Чёрт, не хватило до выхода совсем чуть-чуть. За стеной раздался пронзительный свист и рёв, и Рафаэлло едва не подпрыгнул от неожиданности. Стволы гнёзд беспокойно шевельнулись и снова замерли. Рафаэлло, стараясь утихомирить дико бившееся сердце — казалось, его стук слышит весь этаж, — панически оглянулся назад, на просвет между ветвей. Рёв стал громче; гербарий на уличной парковке словно взбесился. Только бы Марс со Сникерсом были в порядке… Если раньше он ещё подумывал о том, чтобы сделать ещё одну ходку с флягами до парковки, то теперь отмёл эту мысль. Нужно было скорее выбираться, пока цветочники не добрались сюда. Он отполз подальше от последней лужи бензина, стараясь не замочить ног, достал из кармана зажигалку, щёлкнул колёсиком. Руки от нервов тряслись так, что потребовались долгие несколько секунд, прежде чем он смог высечь искру и загорелось пламя. Рафаэлло глубоко вздохнул и швырнул зажигалку подальше от себя, и тотчас же зажмурился. Полыхнуло ярко, в лицо ударила волна жара. И, одновременно с появлением пламени, пронзительно застрекотали пострадавшие гнёзда. Весь лес моментально ожил, заколыхался, он стрекотал, свивал усы, разевал ловчие листья.
Рафаэлло, кажется, никогда в жизни так быстро не ползал. Спину уже мучительно жгло, он взмок в один момент.
Только бы успеть, только бы успеть.

ххх


С тех пор, как Рафаэлло исчез где-то за стеной торгового центра, прошла уже пара десятков минут. За это время на парковке прибавилось цветочников — они постепенно сбредались на ночёвку со всех окрестностей. Марс напряжённо прислушивался, выискивая признаки того, что что-то идёт не так, но пока всё было тихо. Либо Рафаэлло пробирается незаметно… Либо его уже сожрали без шума и пыли.
Конечно, Марс переживал исключительно за сохранность собственных карточек, а не за жизнь мальчишки.
Они со Сникерсом устроились ждать на верхнем этаже жилого дома через дорогу от торгового центра. Здесь всю площадку было видно как на ладони, в то время как сами они были надёжно скрыты от сорняков.
— Много их сбрелось, — негромко сказал Сникерс, сложив руки на подоконник и поставив на них подбородок. Он изучал площадку немного рассеянно, но, можно было не сомневаться, обстановку оценивал прекрасно. — Набегут, когда всё вспыхнет.
Марс бросил на него уничтожающий взгляд и промолчал. Сникерс же усмехнулся:
— Да не волнуйся ты. Я бы на твоём месте за гнёзда переживал, а не за Рафа.
И едва успел увернуться от летящего прямо в лоб камня.
— Я не переживаю, — отрезал Марс, отойдя от окна. Однако не промолчал и минуты — злость на Сникерса за этот идиотский самоубийственный план всё никак не проходила. — Какого чёрта ты мне ничего не сказал?!
— Это же очевидно. Ты бы послал меня нахуй с таким планом, — фыркнул Сникерс, щелчком сбив с подоконника жухлый лист.
— Ага. Поэтому ты навешал лапши на уши наивному мальчишке? — скривился Марс. — С каких пор ты стал такой расчётливой мразью?
Сникерс нахмурился и резко выпрямился.
— Это ты просто вечно ищешь во всём подвох и какие-то двойные мотивы, — заявил он, уперев кулаки в бока. — В прошлый раз я лично пытался туда залезть, я бы не отправил его неизвестно куда, если бы не был уверен, что он справится.
— Конечно, — сплюнул Марс, скрестив руки на груди.
— Первый раз вижу, чтобы ты из-за кого-то переживал, — заметил Сникерс и добавил тише: — С тех пор.
Он не успел и глазом моргнуть, как Марс оказался рядом и сгрёб его за воротник, встряхнув. Глаза потемнели от бешенства.
— Никогда. Не смей. Поднимать. Эту тему. Понял? — сказал он негромко, но с такими интонациями, что волосы шевелились на затылке. Лучше бы орал.
Сникерс только открыл рот, как ожила рация на поясе.
— Сникерс, слышишь меня? Я на месте, набрал бензин.
Тот рванулся из хватки Марса — тот, впрочем, больше не держал и отошёл к стене, отвернувшись.
— Отлично, супер! — быстро проговорил в рацию Сникерс, выхватив её из кармана. — Мы отвлечём букетик, пали там всё и выбирайся.
— И как это мы собираемся их отвлечь? — мрачно поинтересовался Марс, когда Сникерс убрал рацию в сумку на ремне. Тот глянул на него и ухмыльнулся:
— Очень просто. Сейчас увидишь, — он выбежал из квартиры и заторопился к лестнице, ведущей на крышу. Марс, помедлив секунду, последовал за ним.
— Ну? — поднял он бровь, выйдя на крышу. Сникерс, присев, копался на полу у вентиляционного выпуска.
— Приманка, — гордо заявил он, выпрямившись и указав на маленькую коробочку, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся какой-то кустарной смесью карманного радиоприёмника и плеера. — Натсово изобретение.
— Выглядит не очень аппетитно, — холодно заметил Марс, разглядывая странное устройство. Сникерс нетерпеливо помахал руками.
— Нет-нет. Это не так работает. Она испускает низкочастотные волны, которые воздействуют на… На… — он напрягся, пытаясь припомнить, что именно ему втолковывал по этому поводу Натс, поскольку звучало весьма умно и впечатляюще. Однако потом плюнул и сократил презентационную речь: — Короче, эффект на сорняков производит такой же, как от звуков помирающего гнезда, при этом человеческим ухом ничего не слышно. Круто, правда?
Марс скептически поморщился и ничего не сказал. Сникерс фыркнул и понажимал кнопки. Дисплей загорелся, на нём запрыгали столбики эквалайзера, показывая, что запись проигрывается. Однако, слышно ничего не было… Людям. С парковки перед торговым центром раздался такой свист и рёв, что даже Марс вздрогнул и машинально схватился за трубу.
— Вот это да, работает, — восхитился Сникерс с таким видом, будто и сам был этому удивлён. С трудом подавив желание огреть его трубой по голове, Марс процедил:
— То есть, эта херня их приманивает, я правильно понял?
— Ага, — Сникерс поднялся, отряхнув колени. — И весьма эффективно.
— Проще говоря, через две минуты максимум вся эта толпа будет здесь? — уточнил Марс, мрачнея прямо на глазах. На лице Сникерса мелькнуло лёгкое беспокойство.
— Ну-у-у…
— Сникерс, — угрожающе прорычал Марс, зверея с каждой секундой всё больше. Тот одарил его сияющей улыбкой и на четвёртой скорости рванул вниз:
— Две минуты у нас ещё есть!

ххх


Последнюю пару метров Рафаэлло преодолел буквально одним рывком и кубарем выкатился наружу, жадно глотая свежий воздух. Рубашка прилипла к спине, подошвы слегка оплавились, он мог бы поклясться, что подпалил волосы на затылке. Но отдыхать было некогда, и Рафаэлло, не отрываясь от земли, отполз в сторону, спрятавшись за высохшим кустом. Какое-никакое укрытие. И только тогда в полной мере оценил обстановку. А на улице творился Ад.
Заражённые, до этого почему-то толпившиеся у дома через дорогу, спешили обратно, откликаясь на зов раненых гнёзд. Из окон первого этажа повалил дым, к запаху бензина примешивался аромат горелого мяса. Рафаэлло лихорадочно огляделся, пытаясь понять, куда бежать. К тому дому, где они прятались? Но там всё ещё было полно бегунов.
— Раф! Давай сюда!
Рафаэлло подпрыгнул и замотал головой; почти сразу заметил недалеко трейлер, с которого ему активно махал битой Сникерс. Марс рядом с ним как раз разбивал голову зазевавшегося цветочника любимой трубой. Раф бросился к ним со всего духу, молясь, чтобы по дороге не попался какой-нибудь бегун.
Огромная грузовая машина приехала разгружать товар. Только вот так и не разгрузила, пытающимся спасти свои жизни людям было не до работы, не до всякой мебели. Рядом стояли другие давно брошенные грузовики. Сейчас они должны были стать своеобразным путём отхода. С крыши на крышу, а там и до зданий недалеко, в них уже можно укрыться, спрятаться. Этот путь в своё время проложили Сникерс с ребятами, когда замыслили уничтожать гнездо. Один раз он уже сослужил хорошую службу, спас им жизни, теперь должен был послужить ещё раз.
— Давай наверх, живо! — рявкнул Марс, как только Рафаэлло подбежал к трейлеру, и буквально за шкирку вздёрнул его на крышу.
— Ну ты молоток! Опасный парень, — восхищённо глянул на Рафа Сникерс, похлопал по плечу, вызвав смущённую улыбку. Только вот времени радоваться не было.
Заражённые ревели, теперь уже стекались со всего города, влекомые зовом гнезда. В комплексе за спиной ревело пламя, скрипело уничтожаемое гнездо. Целая какофония звуков. От этого рёва голова раскалывалась на части, выстрелы тонули в этих воплях. Так хотелось зажать уши ладонями, чтобы не слышать этого, не слышать. Но нельзя, руки заняты оружием. Времени на перезарядку путём не хватает, заражённые лезут изо все щелей. Это было единственное гнездовье в городе, единственный источник пропитания для них, а теперь его выжигали. Опять. Не прошло и месяца.
Трейлер шатался — сорняки учуяли людей, пытались теперь их достать, раскачивая машину. Да вот только безрезультатно, они уже убегали. Перебегали по перекинутым с грузовика на грузовик доскам. Первый трейлер уже упал, заражённые опрокинули его на бок.
— Чёрт, сколько же их тут?! — Раф с некоторой паникой глянул на всё прибывающих зомби.
— Не смотри лучше, — посоветовал Сникерс. Подпрыгнул, зацепился за балкон, подтянулся, быстро карабкаясь на парапет. Марс подсадил Рафа, а потом залез и сам.
— Ну что, дальше-то куда?
— На чердак, а там по верёвке на соседний дом, — Сникерс уже залез через разбитое окно в квартиру, а из неё на лестничную клетку и вверх.
Внизу в железную дверь подъезда уже ломились бегуны — разбуженные и разозлённые буйством гнезда, они совершенно обезумели. Только вот предусмотрительный Сникерс с ребятами ещё в прошлый раз устроили там баррикаду, подперев двери вытащенной из ближайших квартир мебелью. Так просто уже не проникнуть.
На восьмом этаже они вбежали в ещё одну заброшенную квартиру, из окна которой прямо в окно дома напротив была натянута верёвка. Не самый безопасный путь — падать высоко, восемь этажей, да и снующие по улице бегуны не слишком ободряли.
— Ты уверен, что она выдержит? — Марсу вся эта сомнительная конструкция доверия явно не внушала
Сникерс вместо ответа влез на подоконник, а с него на верёвку. Зацепился за неё руками, скрестил ноги и довольно ловко пополз на противоположную сторону. Рафаэлло, помедлив и глянув на Марса, последовал его примеру. Марс подождал, пока они оба слезут и только потом полез сам — в том, что эта верёвка выдержит троих, он очень сильно сомневался.
— Фуф, оторвались, — Сникерс смахнул пот со лба, сидя на полу и наконец переводя дыхание.
— Тут безопасно? — поинтересовался Марс, оглядываясь и спрыгивая с подоконника на пол.
— Да, не переживай. Дверь забаррикадирована, единственный вход — это окна, — кивнул Сникерс, сев. — Мы же с ребятами не дураки, просчитали всё, прежде чем лезть это гнездо ворошить.
— И чего же тогда не доворошили? — посмотрел на него Марс.
— Верёвка оборвалась, — невозмутимо ответил Сникерс, проигнорировав убийственный взгляд Марса. — Почему-то. Едва ноги унесли. После этого Натс и развыступался, что никогда и ни за что, и если хочешь убиваться, то делай это в одиночку, — пробурчал он.
«Идиот», так и говорил Марс всем своим видом, но промолчал, решив лучше проверить помещение. Рафаэлло был занят тем же самым — всегда любопытно было разглядывать жилища.
Обычная обстановка, ничего особенного. Кухонный гарнитур весь в пятнах и птичьем помёте — стёкла были давно разбиты и иногда сюда залетали птицы. Линолеум на полу давно отсырел: когда шёл косой дождь, то вода попадала на пол. А в шкафах за запылившимися стёклами до сих пор стояла посуда. Только вот не нужна она уже никому. В других комнатах, виднеющихся в распахнутых дверях, обстановка была не лучше. Всё та же заброшенность и запустение.
Квартира окнами выходила как раз на торговый комплекс. Прекрасно было видно, что там происходит. Первый этаж до сих пор горел — столб тёмного дыма был виден издалека.
— Главное, чтобы парковку не задело, — пробормотал Рафаэлло, наблюдая за этим.
— Не должно, — покачал головой Сникерс, бросив взгляд за окно. — К тому же, потухнет быстро, гнёзда водянистые слишком. А кроме них гореть там нечему.
— Иначе ты бы уже спалил весь город, — подал голос из другого конца комнаты Марс, перематывая заново обмотку на руке.
— Ха-ха, — закатил глаза Сникерс. — Никак это была попытка подколоть?
Марс хмыкнул, но промолчал, затянув зубами узел. Рафаэлло помедлил и сел на подоконник, наблюдая за пожаром как завороженный. В крови всё ещё плескался адреналин, и успокоиться никак не получалось — организм ещё не осознал, что оказался в безопасности и можно передохнуть. А небо на горизонте уже окрасилось в нежно-розовый цвет — близился рассвет.
— Переждём день, а вечером вернёмся, — устало подытожил Сникерс и скинул рюкзак и оружие с плеч. — Можно выспаться. Раф, тебя особенно касается. Ты у нас герой дня, заслужил.
— Не хочу пока, — слегка улыбнулся тот, поставив подбородок на колено. Он и сам не верил, что у него вправду всё получилось. — Еще не осознал, наверное…
— Ты отлично всё провернул, — поднял вверх большой палец Сникерс и повысил голос. — Правда, Марс?
Тот бросил на него недовольный взгляд, однако потом посмотрел на Рафаэлло и нехотя кивнул.
— Могло быть хуже.
Сникерс с размаху ударил себя по лбу ладонью, издав разочарованный стон, а Рафаэлло рассмеялся, чувствуя странную щекочущую лёгкость внутри, словно отпустило наконец сжимавшее сердце с самого вечера напряжение.
— Спасибо за комплимент.





Баннер

Если захотите дать ссылку на выкладку...



Скачать фик одним документом Microsoft Word Скачать архив со всеми текстами .doc по отдельности





@темы: Внеконкурс, Команда Марс/Рафаэлло

Комментарии
2014-03-04 в 23:57 

MRF
Пейринг-Который-Нельзя-Называть

2014-03-04 в 23:57 

MRF
Пейринг-Который-Нельзя-Называть

2014-03-04 в 23:57 

MRF
Пейринг-Который-Нельзя-Называть

2014-03-04 в 23:58 

MRF
Пейринг-Который-Нельзя-Называть

2014-03-05 в 14:30 

Кошшарик
Всё, что ни делается – к лучшему. Даже если сначала так не думаешь.
Сколько ж тут всяких ниточек из прошлого, сколько недомолвок и секретов в настоящем, и сколько ещё тайн в будущем... Очень интересная работа, буду ждать продолжения.

2014-03-06 в 18:53 

Настоящий Электрик 1го разряда
Стажер, ты охуел? 1 разряд только у меня.
KosharikWildCat, спасибо большое за такие слова :heart: Рады, что смогли заинтересовать работой. А продолжение обязательно будет)

2014-03-06 в 18:55 

Кошшарик
Всё, что ни делается – к лучшему. Даже если сначала так не думаешь.
Настоящий Электрик 1го разряда, здесь же в соо отдельными постами?

2014-03-06 в 18:57 

Настоящий Электрик 1го разряда
Стажер, ты охуел? 1 разряд только у меня.
KosharikWildCat, скорее всего будем выкладывать где-то в другом месте, но здесь в комментариях обязательно дадим ссылку и обновим ссылки на скачку)

   

Assorti Winter Wars

главная